Сергей Левочкин: “Сейчас в парламенте существует коалиция Зеленского и Привата”

С народным депутатом и главой исполкома партии “Оппозиционная платформа За жизнь” Сергеем Левочкиным мы встретились в пятницу 10 апреля в пустом из-за карантина партийном офисе.

Как раз накануне в Раде закончилась встреча лидеров фракций по поводу внеочередного заседания, намеченного на понедельник, итоги которого могут иметь далекоидущие последствия. На нем планируют рассмотреть законопроекты “под кредит МВФ” – изменения в бюджет и, возможно, законопроект о банках (известный также как “антиколомойский закон”).

Вокруг обоих документов нарастает напряжение, которое расшатывает ситуацию и внутри Рады, и вообще в украинской политике. Все это происходит на фоне эпидемии коронавируса и карантина, который привел к остановке целых секторов экономики, а также на фоне не прекращающейся войны на Донбассе, где продолжают гибнуть люди.

О том, сможет ли Зеленский удержать контроль над ситуацией, каковы отношения “Оппоплатформы” с властью и Коломойским, как поменялась политика России на украинском направлении после отставки Владислава Суркова, есть ли шанс на мир на Донбассе, пройдут ли в срок местные выборы и будут ли досрочные выборы в Раду, “Страна” и поговорила с Сергеем Левочкиным.

– Как пандемия коронавируса повлияет на украинскую политику и экономику?

– Украина находится в стороне от основных торговых и туристических маршрутов мира, поэтому количество заболевших изначально было небольшим. Исключение составляют западные области, которые приняли поток вернувшихся домой трудовых мигрантов. Но карантин сработал — не дал числу заболевших увеличиться в геометрической прогрессии.

Посмотрите, как реагирует Европа: паника прекратилась, в большинстве стран формируется позитивная COVID-статистика. Хотя в целом ситуация очень сложная, в первую очередь в экономике. Инвестиционные аналитики оценивают общемировые потери в 5,5 трлн долларов.

Подходит время, когда можно ослаблять чрезвычайные меры и уделять максимальное внимание вопросам экономики: росту производства, рабочим местам и заработным платам. Программа поддержки экономики в ЕС — 500 млрд евро, в Америке — 2 триллиона долларов.

– И что это значит для Украины?

– По разным оценкам, только в Киеве потеряли доходы порядка 600 тысяч человек, занятых в сфере услуг и офисной работе. Такая же ситуация в других крупных городах. По мнению экспертов, потребуется от 2 до 3 лет, только для того, чтобы выйти на уровень прошлого года.

Тем более, что в Украине ситуация с коронавирусом накладывается на базовую проблему страны — вооруженный конфликт на Донбассе.

Сейчас в силу политико-информационной конъюнктуры главный для страны вопрос войны и мира как бы отошел на второй план, что в реальной жизни совсем не так. Пик эпидемии будет преодолен за ближайшие несколько недель, останутся только ее экономические последствия.

А война на востоке — это глобальный вопрос для будущего Украины. Без его решения ничего не будет. Пока не закончим войну, мы не сможем больше средств направлять на экономическое развитие страны. Поэтому и для общества, и для власти важно понимание приоритетности вопроса мира.

– Верховная Рада оказалась, если можно так выразиться, на полукарантине. Проводятся внеочередные заседания, после которых все больше вопросов к фракции “Слуга народа”. Можно ли говорить, что монобольшинства уже не существует?

– Хотя монобольшинство объединено политическим брендом “Слуга народа”, уже очевидно, что внутри него есть свои фракции с абсолютно разными целями и взглядами на жизнь. Их, так скажем, бенефициары, шантажируют президента Зеленского, что заставляет его собирать временные коалиции с другими политическими силами под важные для Банковой голосования. В устоявшихся демократиях такая практика заканчивается фиаско для правящих партий.

– У команды Зеленского есть выход из этого кризиса?

– Посмотрим. Де-факто сегодняшнее монобольшинство сформировано с участием нескольких политических игроков.

– На следующей неделе планируется новое внеочередное заседание парламента для рассмотрения, в том числе, изменений в госбюджете, и возможно, так называемого антиколомойского закона. Будет ли Оппоплатформа голосовать за эти проекты?

– Голосование за банковский законопроект еще раз показало, что внутри монобольшинства нет единства. Та его часть, которая ориентируется на бывших владельцев “Приватбанка” (олигарха Игоря Коломойского – Ред.), насчитывает порядка 30-40 человек. Вместе с ними не голосовали фракция “Батькивщины” Юлии Тимошенко и группа “За будущее”, которую также связывают c владельцами группы “Приват”. Таким образом продемонстрировали, что у этой группы есть своя “фракция” внутри “Слуг народа”, которая не голосовала за банковский закон, а впоследствии вывалила большинство из 16 тысяч поправок. Я полагаю, что закон все равно будет одобрен в некой редакции при помощи ситуативной коалиции с фракциями Порошенко и Вакарчука, поскольку власть взяла курс на привлечение очередного кредита МВФ.

Наша фракция не поддерживает этот законопроект — мы считаем, что новые законы регулирующие банковскую деятельность должны сопровождать внятную экономическую политику. Сейчас её нет — мы видим только отдельные фрагментарные действия.

Что касается изменений в бюджет, то они не выдерживают критики. В том виде, в котором бюджет был презентован на последнем заседании согласительном совета парламента (в пятницу 10 апреля – Ред.), наша фракция поддерживать его не может.

Пока, кроме позитива — дополнительного финансирования МОЗ, мы видим лишь перераспределение бюджета за счет урезания “социалки” и регионального развития в пользу выплат по внешним долгам. Хотя в нынешний кризис все должно быть ровно наоборот: проводить переговоры по реструктуризации внешних долгов, а высвобожденные ресурсы направить на поддержку людей. Ныне обсуждаемая сумма в 1 000 гривен доплат пенсионерам — это никакая не защита. Нужны гораздо большие суммы.

– Украине действительно так нужен новый кредит МВФ?

– Получение внешних кредитов с 2014 года стало главной идеей для власти. Предоставляются кредиты, власть хвалят кредиторы, она сама себя хвалит. Но кредиты — это не подарки, это долги в размере уже 83 млрд долларов, которые нужно отдавать. Кроме того, новые условия предоставления кредитов зачастую не совпадают с национальными интересами Украины, уводят в строну от ведения эффективной экономической политики, а также формируют элементы внешнего управления.

В то же время, нужно учитывать, что без кредита МВФ про сохранении нынешней экономической политики есть риск глубокой девальвации гривны. Мы делали расчеты: при 50 грн за доллар соотношение госдолга к ВВП составит 106%, а при 70 – 146%, что сделает Украину банкротом.

– Вы сказали, что монобольшинство “Слуги народа” состоит сейчас по сути из разных фракций, которые контролируют разные группы. Одно время считалось, что решающее влияние среди них имеет Игорь Коломойский. Но, исходя из истории с законом о банках, насколько оправдано сейчас это утверждение?

– Сейчас в парламенте существует коалиция президента Зеленского и “Привата” (условное название бизнес-группы Коломойского – Ред.). Поскольку, как показали последние голосования, президент контролирует, хотя и не по всем вопросам, 200 депутатов своей фракции, Коломойский — около 40. На бумаге это монобольшинство “Слуги народа”, но, по сути, это коалиция.

– В то же время говорят об усилении влияния Рината Ахметова на президента.

– Сейчас трудные времена для всех. К примеру, энергетический холдинг Ахметова ведет переговоры о реструктуризации долгов, непростая ситуация с ценообразованием на уголь и электроэнергию, все энергетики чувствуют угрозы кризиса неплатежей и девальвации гривны. Такие вызовы требуют большой активности, активность превращается во влияние. Поэтому будут расти и активность Ахметова, и его влияние. Для работы в условиях кризиса бизнесу необходимо активное взаимодействие с властью.

– А какова сегодня степень влияния Виктора Пинчука?

– Виктор всегда был влиятельным бизнесменом, меценатом и филантропом. У него мощный медиахолдинг, металлургический бизнес. Мне представляется, что он в полном порядке.

– В последнее время много говорят о росте влияния Валерия Хорошковского, с которым вы хорошо знакомы. Ходили даже слухи о его назначении премьер-министром. Каковы политические перспективы у Хорошковского, на ваш взгляд?

– Хорошковский — подготовленный управленец с большим опытом работы и во власти, и в бизнесе. Что касается слухов — пусть другие комментируют.

– Какова ситуация у вашего партнера Дмитрия Фирташа? Имеется в виду и экономическое положение его холдинга и ситуацию с его делом в Австрии?

– Дмитрий Фирташ уже шестой год продолжает бороться с преследованием самой мощной репрессивной машины современности, отстаивать своё имя. Ему приходилось справляться и с прессингом на его бизнес в Украине, который устроила предыдущая власть, оказывая постоянное давление, ставя в нерыночные условия его предприятия. Фирташ опытный боец и бизнесмен. Уверен, что он справится. В общем же, в условиях кризиса, власть должна взаимодействовать с бизнесом. Поскольку, в конечном счете, это — налоги и рабочие места. Мне представляется, что президент Зеленский это понимает и ведёт такую работу.

– Насколько сегодня велико влияние США на украинскую политику?

– Внимания к нашей внутриполитической повестке со стороны Соединенных Штатов сейчас меньше, чем раньше. Но влияние, вне сомнения, сохраняется.

– Влияние США в Украине часто связывают с именем миллиардера Джорджа Сороса. Он действительно настолько влиятелен, по вашим оценкам?

– Фонд Возрождение, финансируемый Соросом — один из крупнейших грантодателей. Но структур и правительств стран Запада, предоставляющих подобные гранатовые программы – десятки. В результате их деятельности возник целый пул людей, существующих исключительно за счет грантов. Качество производимого ими продукта, как правило, слабое — сам неоднократно с этим сталкивался. Это были и проекты законов, и программы отраслевых реформ — все они ниже критики.

Но есть и другой эффект — появилась плеяда псевдоуправленцев-квазиэкспертов с реферативным мышлением. За счёт грантов они получили сертификаты краткосрочных курсов при западных университетах, которые наши власти и общественность часто путают с настоящим образованием. Представители этой плеяды полностью провалились в эксперименте с предыдущим правительством Гончарука.

– Они же были и при Порошенко на многих ключевых должностях.

– Да. С 2014 года коррупцию и непопулярные реформы попытались спрятать за плечи варягов, но это лукавство и политическая слабость. Следите за логикой: люди доверили президенту управление страной, президент и большинство в Верховной Раде выбрали премьер-министра. Теперь все они перед народом и правосудием должны нести ответственность за то, что происходит в стране: за реформы, эффективноcть управления, в том числе и в государственных компаниях.

Менеджеры этого уровня точно должны быть украинцами, и вместе с правительством, президентом и его большинством отвечать за результаты деятельности таких кампаний, нести ответственность за стратегические украинские госпредприятия, а не устанавливать себе астрономические зарплаты и исчезать после увольнения. Тут хорошо бы ввести ответственность для чиновников, пригласивших на работу иностранцев, которые не справились со своими задачами.

При президенте Порошенко началась и практика назначения на руководящие должности, в том числе и в набсоветы госкомпаний, иностранцев. Эта ерунда есть и сейчас. Из таких примеров посмотрите на “Укроборонпром”. Количество работающих предприятий концерна сокращается. Отрасль изъедена старыми коррупционными мышами времен Порошенко и Пашинского, объём товарной продукции сокращается, а хайперы и болтунчики в правлении и набсовете продолжают умничать и начислять себе огромные зарплаты.

– Вы упомянули о совместных голосованиях монобольшинства с другими политическими силами. Я так понимаю, вы имеете в виду Петра Порошенко и его “Евросолидарность”. Насколько плотно его нынешнее взаимодействие с властью? И как вы оцениваете перспективы самого Порошенко?

– Открытое взаимодействие между политсилами Зеленского и Порошенко мы видели при голосовании за законопроекты о земле и банках. Об их коалиции говорить рано, но понятно, что президенту Зеленскому из-за фрагментации фракции приходится искать компромисс в зале и голосовать за разные вопросы вместе с другими политическими силами. Естественно, в таких условиях уголовные дела против Порошенко будут спускать на тормозах. Да и то, как это делалось раньше, привело только к оживлению его рейтинга.

Относительно политических перспектив Порошенко, то тут ситуация двоякая. С одной стороны, из-за отсутствия эффективной стратегии у президента Зеленского часть его сторонников на Западной Украине “течет” к Порошенко. К тому же сильно “подупал” идеологически близкий к нему “Голос”, окончательно умерли Самопомощь и Народный фронт. С другой стороны, можно ожидать появления в этой нише новых проектов. Запустился проект экс-премьера Гончарука, который имеет образ ультраевроатлантиста и евроинтегратора, любимца МВФ, любителя “Сокиры Перуна” и “борца с агрессором”. Гончарук такая себе обновлённая версия Порошенко для правого фланга. Он может выстрелить, особенно если преодолеет в западных областях проходной барьер на местных выборах.

– Группа депутатов Коломойского, о которой вы говорили, очень часто голосует синхронно с фракцией “Оппоплатформы”. Например, в случае отставки генпрокурора и в отношении “антиколомойского” закона. Говорит ли это, что между вашей партией и Коломойским есть определенное взаимодействие? Или это ситуативное совпадение?

– Наша фракция голосует за те законопроекты, которые соответствуют интересам Украины и украинского народа, целям и программе нашей партии. Для нас не имеет значения, кто еще голосует за эти проекты.

– Коломойский еще не так давно называл “Оппоплатформу” чуть ли не “агентами Кремля”. Сейчас отношения с ним изменились?

– Он вообще много чего говорит. Помните, сначала обзывал главу соседнего государства, а потом как бы предлагал взять там денег. Комментировать Коломойского мне кажется бессмысленным занятием. Ему и без нас есть чем заниматься: от попыток установить результативное взаимодействие с командой Зеленского и возврата “Приватбанка” до причин, которые заставляют его постоянно находиться в Украине.

– В начале осени Зеленский и его команда делали угрожающие заявления в адрес “Оппоплатформы”. Например, пугали, что разберутся с источниками финансирования партии. А Нацсовет по вопросам телевидения и радиовещания активно пытался лишить лицензии телеканалы “112” и “НьюзВан”. Как сейчас обстоит дело? Продолжается ли накат или отношения стали более ровными?

– Наша партия находится в оппозиции к нынешней власти, но это не значит, что мы не хотим, чтобы президент Зеленский выполнил, что обещал людям перед выборами и добился успеха. Мы готовы помогать, особенно в условиях эпидемии. Наша фракция системно поддерживает в Раде все инициативы, которые соответсвуют национальным интересам Украины.

– Как сейчас у партии построена коммуникация с властью? Встречаетесь ли вы или другие лидеры партии с президентом, главой его Офиса?

– У нас есть взаимодействие с президентской партией в рамках парламента. Ещё в начале кризиса мы открыто заявили, что готовы сотрудничать, отбросив любые политические противоречия. С офисом мы также взаимодействуем, всегда готовы помочь преодолеть вызовы, которые стоят перед страной.

– Вы долгое время возглавляли Администрацию президента и знаете как работает Банковая. Дайте оценку Андрею Ермаку на посту главы ОП.

– Сейчас еще рано говорить о его эффективности. Мне симпатично, что делал Андрей Ермак как переговорщик для активизации мирного процесса, реализации Минских соглашений. Наша партия поддерживает все, что связано с достижением мира, и тут мы готовы подставить свое плечо.

– Оставит ли президент Ермака на нынешней должности после скандала с видеозаписями?

– Что касается скандала, это уже проблема не Ермака, а Зеленского. Как ее будут решать президент и его офис, пока ответить трудно. Исходя из того, что есть в общедоступных источниках, это серьезный и болезненный для них вопрос.

– А если вспомнить о предшественнике Ермака, как вы считаете, в чем была главная ошибка Андрея Богдана и почему он не удержался в кресле?

– Насколько я понимаю, Богдан ушел сам по причине внутренних противоречий в команде Зеленского. Я не считаю его раннюю отставку оценкой эффективности его работы. Если вспомнить “турборежим”, активность офиса, функционирование их фракции, у него многое получалось. Другое дело, что не было общей стратегии, системной программы действий и ее реализации всеми ветвями власти в центре и на местах.

Но это проблема не Богдана, а команды в целом, отсутствия глобального стратегирования. Вы же видите, что через полгода сменилось правительство.

Очевидно, что сам президент Зеленский не доволен тем, как все работает.

Сейчас уже ясно, что никакой целостной стратегии и программы действий не было с самого начала. Президенту предлагались разрозненные, порой даже противоречащие друг другу идеи по разным направлениям, которые ему нравились и принимались. Но главной проблемой там были и остаются исполнители: кто-то продвинулся как Фёдоров, кто-то исчез как Данилюк. В итоге как система, к сожалению, все это не заработало, стратегия власти в экономике сузилась до получения внешнего финансирования и латания бюджетных дыр.

– И какое есть у них решение?

– Порошенко при очередном косяке или коррупционном скандале ехал на передовую менять политическую повестку. А сейчас идеи Офиса в подобных ситуациях переместились в видеообращения и фото с совещаний. Но это не политика, этого мало.

– Кстати, не так давно к команде главы Офиса президента присоединился Михаил Подоляк. Его уже связали с вами, называя вашим политтехнологом.

– О новой работе Михаила я узнал из медиа, так что зря на него напали. И, честно говоря, он никогда не был у меня технологом — мне вообще не очень нужны технологи.

– Почему Зеленский и Ермак сдали назад с идеей Консультативного совета по Донбассу? Это окончательный отказ?

– Я не думаю, что это окончательно. Как и Порошенко, президент Зеленский находится под давлением националистов. С другой стороны, есть международные обязательства, Парижское коммюнике (коммюнике Парижского саммита в Нормандском формате 9 декабря 2019 год – Ред.). Власть пытается искать “золотую середину”, как бы пошатываясь из стороны в сторону. Но быстрая имплементация Минских соглашений – это единственный путь, как добиться мира в Украине. А без мира не будет ничего.

– Есть ли возможность достичь мира в нынешних условиях?

– Уверен, что да, но нужна политическая воля. В условиях эпидемии и ее последствий нужно по-новому оценивать ситуацию и принимать быстрые и эффективные решения для реализации мирного плана.

– По вашей оценке, изменилась ли политика России на украинском направлении после ухода Владислава Суркова и прихода Дмитрия Козака?

– Нет. Она осталась прежней. Россия настаивает на Минских соглашениях, включая их политическую часть, как единственный механизм достижения мира. В связи с переменами в повестке глобальных партнеров Украины, полагаю, что позиции России будут усиливаться.

– Из-за пандемии и карантина состоятся ли местные выборы в конце октября?

– Команда президента Порошенко пыталась перенести выборы через введение военного положения. Мы видели, что из этого получилось. Если власть в плохой форме — это не повод притормаживать демократию. Поэтому я считаю, что даже при большом желании отсрочить выборы не получится. Причем президент Зеленский и его партия сами заинтересованы в проведении местных выборов. То, что у “Слуги народа” нет фракций в местных советах, а значит — власти на местах, делает ее квазипартией. Мы надеемся на принятие в окончательной редакции Избирательного кодекса и на то, что местные выборы состоятся в срок.

– Будет ли “Оппоплатформа” выдвигать кандидатов на мэров крупных городов, в том числе тех, где есть серьезные конкуренты – Харьков, Одесса, Днепр, Киев?

– Мы будем участвовать в выборах на всей территории Украины и делать все, чтобы наши кандидаты победили. В том числе во всех крупных городах. В первую очередь, юго-востока.

– Договаривается ли партия с потенциальными союзниками о совместном участии в будущих местных выборах? Например, с партией мэров Геннадия Кернеса и Геннадия Труханова или с Оппоблоком?

– Мы пока ни с кем не ведем переговоры. В 2019-м Порошенко прямо поставил задачу Оппоблоку не пустить Юрия Бойко во второй тур. Они на президентских выборах сотрудничали с Порошенко, а на парламентских, скажем мягко, крайне недружественно вели себя в отношении Оппоплатформы. Они потратили огромные ресурсы, привлекли десяток мэров городов, в том числе Кернеса, Бойченко, Буряка, Труханова. Но управление кампанией было очень слабым, и результат оказался провальным. Что касается подготовки к местным выборам, то мы уже сформировали избирательный штаб партии.

– Кто его возглавляет?

– По традиции два сопредседателя – ваш покорный слуга и Вадим Рабинович (сопредседатель фракции ОПЗЖ – Ред.), у нас всегда результаты хорошие.

– А какие сейчас у вас отношения с группой Виктора Медведчука (глава политсовета ОПЗЖ – Ред.) и Вадима Рабиновича внутри партии?

– Я бы не говорил ни о группах, ни о конфликтах. У нас есть и будут дискуссии, но это особо не мешает. Сегодня мы команда, которая ставит перед собой амбициозные цели. В отличие от других мы имеем достаточный кадровый резерв для эффективного управления, готовы к прямому диалогу со всеми сторонами и способны восстановить мир.

– Эпидемия, экономический кризис, война будут главными темами на местных выборах?

– Они будут в центре внимания, но избиратель будет ориентироваться не только на позиционирование политсилы по этим темам, но и выбирать эффективных менеджеров для своих регионов. Поскольку именно этим людям обеспечивать жизнедеятельность городов и областей.

– Учитывая все факторы, какова вероятность досрочных парламентских выборов?

– Досрочных выборов в Раду не будет, если не будет досрочных президентских. Причина прагматичная — президентская партия не сможет повторить свой результат в новой парламентской кампании.

Автор интервью: Денис Рафальский

Источник: Strana.ua

Источник: HPiB.life

Share

You may also like...